На день надо смотреть, как на маленькую жизнь…

размещено в: туризм | 0

Дата событий: 14-06-2014

Байкальский хребет. Переправа
Байкальский хребет. Переправа

Перед тем как заснуть я всегда думаю о том,
что успел сделать за день.
И чаще всего меня не столько радует то,
что я сделал много, сколько расстраивает то,
что мог сделать еще больше…

В 4 часа утра Лёша разбудил нас, он уже сварил кашу и вскипятил чай. Быстро собравшись, мы пошли к перевалу. Пошли по снегу. Сначала переправа через ручей по верёвке.

Вова объяснил, что верёвка нужна для того, чтобы водой не снесло, если провалишься… переправились удачно. Затем пошли друг за другом. Стараюсь идти по следам. Иногда Лёша проваливается по колено, в этих местах стараюсь наступить рядом. Вдруг Лёша проваливается по пояс. Команда Вовы: «Стоп!». Лёша выкарабкивается. Оказывается, спешить на помощь нельзя, могут и «спасатели» провалиться. Работать надо самому. Команда: «Идём! Расстояние 5 метров».

Северный Байкал. Дорога к перевалу
Северный Байкал. Дорога к перевалу

О! Как мне страшно! Скольжу, стараюсь наступать мягче… Но… нога проваливается полностью, пытаюсь вытащить – никак, застряла напрочь. «Всё, — обречённо говорю я, — Нога между камней!». Вова подходит и откапывает меня ледорубом. Он смеётся: « Не всё, ещё помучаешься».

Затем мы вышли на довольно жёсткий снег, и наш ход стал намного быстрее. Потом начался подъём. Тяжело, но, ничего, терплю. Страх присутствует, но не сильный. Среди огромной пустыни снега лежит одинокий камень.

Байкальский хребет. Привал
Байкальский хребет. Привал

Решили попить чай. На горелке растопили снег, заварили чай. Было холодно, мы замёрзли. Вдруг выглянуло солнце и стало очень быстро отгонять тень. Стало тепло и ярко. Снег может стать рыхлым, надо идти, подъём крутой и высокий. Очень тяжело подниматься. Тяжело – не тяжело, добрались до снежной долины. Красота неописуемая. Озёра – неестественно голубовато-бирюзового цвета, везде снег, снег, горы, снежные вершины.

Байкальский хребет
Байкальский хребет

Эйфория! Вова снимает на камеру. Я что-то бормочу и улыбаюсь, передаю приветы.

Северный Байкал. Перед перевалом Галкина
Северный Байкал. Перед перевалом Галкина

Фотографируемся, радуемся. Даже вид каменной горы не смущает, сейчас доберёмся до верха и… спуск, и дорога домой!!! Добрались. Нашли записку предыдуших туристов, написали свою… Но спуска нет!!! С одной стороны – лавина, с другой – скалы!!! Обедаем рыбными консервами, чай не пьём (нельзя терять время). Принято решение – лезть выше. Лёша прикинул, что сможет дойти до вершины и вернуться минут через 30 – 40. Так как выхода другого нет, то это уже не разведка, а восхождение со своим тяжёлым рюкзаком. Он поднимался и поднимался. Он сделался уже малюсеньким, а вершины ещё не достиг.

Байкальский хребет. Перевал Галкина
Байкальский хребет. Перевал Галкина

Вскоре он скрылся с глаз . Потом появился с пеной и поехал по снегу. Катя сказала: «Хоть спуск у него будет весёлый». Но снег был рыхлый, пена не скользила, Лёшка лёг на неё животом и покатил головой вниз, работая руками и ногами. Вова сказал, что этого делать нельзя – опасно. Лёшка потом тоже сказал, что так нельзя. Когда он добрался до нас, он сказал, что если существует рай на земле, то он именно там. Тут обнаружилось, что Лёша потерял нож при спуске. Он сказал Вове: «Вы потихоньку поднимайтесь, а мы с мамкой пойдем по краю камней и будем искать нож». Конечно же, нож мы не нашли. Лёшка надел мой рюкзак, взял меня за руку и мы полезли вверх. Наткнулись на малюсенький ручеёк и пили, пили из него, лёжа на земле, прямо ртом. Мы лезли и лезли, Лёша постоянно говорил: «Почти поднялись, ещё чуть-чуть». Вот и добрались до вершины, затем спустились в долину. Там действительно – рай: журчат ручейки, трава, цветы, насекомые, солнышко, тепло. Размеры долины только уж очень маловаты.

Байкальский хребет
Байкальский хребет

Вова сфотографировал Лёшу на краю обрыва. Красота –то красота, а спуска нет! Пошли по камням. Я хожу медленно, с таким ходом к темноте до конца хребта не дойти. Свернули на снег, решили спускаться. Ночевать в горах – большая вероятность замёрзнуть. Лёша и Вова соорудили санки из своих рюкзаков и попытались нас везти, но ничего не получилось, скольжения не было. Алёшка ушёл на разведку. Вскоре пришёл и сказал: «Цыганка тебя обманула! (Дня три назад мне приснился сон, что мне гадает цыганка и говорит: «В горах вы не погибните»). Там скалы. Мы с Вовкой пойдём вперёд, а вы как-нибудь продвигайтесь по снегу, лучше сидя, а то спуск крутой, и снег глубокий».

Байкальский хребет
Байкальский хребет

По снегу (я – сидя, перебирая руками и ногами, Катя – пешком, то и дело проваливаясь), мы подобрались к снежному краю. Внизу были скалы. Мальчишки решили спускать нас на верёвках. Они привязывали верёвку к огромному камню, и вдруг Вова заметил внизу медведей.

Северный Байкал. Медведи
Северный Байкал. Медведи

Это была медведица с медвежатами. Они играли именно там, куда нам предстояло спускаться. Лёша решил их испугать, он закричал: «Эге-гей!!!» Медведица замерла и поглядела вверх. Теперь она нас заметила… Медвежата резвились, прыгали друг на друга, «бодались», приставали к своей маме, но она оставалась неподвижной, наблюдая за нами. Начали спуск. Вова спустился с рюкзаком на небольшую площадку и крикнул: «Спускай маму!». Я уже надела обвязку, Лёша прикрепил меня к верёвке, в напутствие сказал: «От скалы отталкивайся ногами или руками – как сможешь». Я пыталась идти, переставляя ноги по скале, Вова подсказывал: «Ступенька» — и я тут же повисла на верёвке. «Отталкивайся, отталкивайся от скалы, ноги шире, смотри под ноги!». Тут до меня дошло, что и как я должна делать. У меня получалось! Первые 50 метров пройдены! Вова встретил: «Не бойся, всё будет хорошо». А я и не боялась, я – верила. Когда «прибыла» Катя, она возмутилась: «Ох, Вова, я тебе это не прощу». Я тут же сказала: «Катя, давай завтра им всё скажем, а сейчас – тихо, только будем выполнять их команды». И мы затихли, прижавшись друг к другу, дожидаясь их распоряжений.

Байкальский хребет
Байкальский хребет

Слышны были команды: «Работаем!», «Понял!», «Принимай!», «Земля!». Они спускали свои огромные рюкзаки на верёвке. Наши рюкзаки были меньше, мальчишки спускались с ними. Второй и третий спуск я старательно выполняла команды Вовы (он принимал нас). Лёша держал верёвку, медленно и плавно опуская меня вниз. Катя – молодец, она когда шагала, то чётко произносила: «Отпускай!». Я же, пытаясь ей подражать, слабо мяукала: «Отпускай…» (но вряд ли кто слышал мои писки). Во время второго спуска на соседней скале посыпались камни. Медведица увела медвежат немного в сторону, однако, продолжала наблюдать за нами. Вскоре с соседней скалы сошла снежная лавина, медведи испугались и убежали в стланик, по другую сторону скалы (сверху казалось, что уклон небольшой, но на следующий день мы увидели какой это крутой подъём, по которому медведи так легко ускакали). Перед третьим спуском нас охватило волнение. Было холодно, уже смеркалось, мы переживали, что скоро будет совсем темно… Катя спросила у Лёши: «Нам пора фонарики доставать?» (налобные фонарики для освещения). Лёша удивился: «Зачем?» И тут Катя обнаружила, что мы всё ещё в солнечных очках, она сняла очки и засмеялась, я последовала её примеру. И тут нас одолел истерический хохот – мы смеялись и смеялись, и не могли остановиться… Стоило кому–нибудь из нас произнести: «Фонарики», и вновь нас одолевал приступ смеха. После третьего спуска Вова принёс два букетика эдельвейсов. Мы с Катей сидели замёршие, прижавшись друг к другу и к скале. Увидев цветы, мы заулыбались. Вова сказал: «Дамы, это вам!». Я тут же ответила, что эдельвейсы дарят самым дорогим и любимым женщинам. Цветы были прекрасны: бело-голубые звёздочки с острыми краями и мохнатыми серединками на тонких зелёных ножках.

Байкальский хребет. Эдельвейсы
Байкальский хребет. Эдельвейсы

Нам было жаль расставаться с цветами, и я засунула оба букетика в карман куртки. (Забегая вперёд, скажу, что я их потеряла во время спуска по снегу, в кармане был только снег…) Четвёртый спуск был самым большим: верёвки не хватало около 6 метров. Когда верёвка была максимально спущена, Вова встречал на скале. Он держал меня сзади и наставлял: «Прижимайся к скале, медленно переступай вниз, можешь скользить. Доведя меня до площадки (постоянно оберегая как хрустальную вазу), усадил там, где я могла поместиться, и велел прижаться к скале. Крик: «Камни!» и по каске застучал «дождь»: «Тук-тук-тук», один камень больно ударил по шее (это был, по- видимому , очень мелкий камешек, потому что всё обошлось без последствий). Вова пошёл встречать Катю. Точно как и меня, 6 метров вниз вёл её под строгим наблюдением, прижимая к скале. Пятый спуск был самым коротким. Лёша крепко держал верёвку, и я медленно спускалась вниз. Вова подсказывал: «Левее, правее, ступенька, очень большая ступенька, правильно, правильно». Это ободряло и поддерживало. Однако, там, где надо было наступать на ветки, я вновь повисла (представляю, как тяжело было в это время Лёше держать меня). Следуя указаниям Вовы, быстро выправилась и продолжила спуск. Когда Катя была уже рядам, действительно стало быстро – быстро темнеть. Катя стала доставать фонарик из рюкзака и в это время: «Камни!» Увесистый камень пролетел мимо меня и попал в плечо Кате (как она удержалась?). Спуск по верёвке закончен, теперь предстоит спуск по снегу около 300 метров. Совсем темно! Катя. Вова и Лёша надели налобные фонарики. У меня не было, я отдала свой Лёше, у него фонарик сломался. Спускаться решили по парам. Вова ледорубом сделал небольшую площадку, с которой будет начинаться спуск. Я, испытывая жуткий страх, добралась до площадки . Мы с Лёшей спускались первыми. Мы сели на снег. Рюкзаки были за спиной. Лёша левой рукой пролез через ремень моего рюкзака и уцепился за пояс. Мы заскользили. Когда на пути попадался лёд, скольжение становилось неуправляемым.

Северный Байкал
Северный Байкал

Тормозили ногами, палками… Лёша крикнул Вове: «Опасно! Аккуратней!», а я подумала: «Как же они спустятся?», и в это время нас понесло… мы разгонялись и разгонялись, пытаясь тормозить, ничего не получалось: то соскальзывала я, то Лёша. Впереди были камни… Нас всё несло… На счастье, снег стал рыхлым и мы затормозили. «Господи! – со слезами в голосе крикнул Алёша, — «Я думал, что это конец, что мы разобьёмся». (А я даже не успела об этом подумать, просто пыталась тыкать в снег палку и пятки). Огромный «камень» оказался кустом. Дальше мы шли по снегу пешком, очень медленно и осторожно, втыкая в снег пятки (спуск всё ещё был очень крутым). Мы остановились… В том же самом месте, к тому же кусту – камню неуправляемо неслись Вова с Катей. Они были пристёгнуты друг к другу карабином, оба пытались тормозить, и когда, наконец-то, Вова крепко воткнул в снег свой ледоруб, и движение их прекратилось, Катя перелетела через Вову, ударив ботинком его в ухо, чуть не «переломав» свои ноги. Тот же стресс, на том же месте! Они расцепились и догнали нас.

Спуск закончен, но от этого радости мало… Темно, снег, снег, снег, камни… Шаг и я провалилась всю ногу, нога застряла, Лёша раскопал мою ногу лыжной палкой. Шаг… и я опять провалилась, Вова вытянул меня за рюкзак. Еле – еле скольжу по снегу. Мне темно, я ничего не вижу… Опять провалилась… Лёша взял меня за руку и сказал Вове, чтобы он шёл первым. Но Вова в темноте плохо видит. Пошла первой «маленькая» Катя. Ей тоже было страшно. Нам всем хотелось быстрее покинуть это место. Тут Катя сказала. Что где-то читала, что медведи ночью спят и только с рассветом просыпаются… Я немного успокоилась. Мы очень медленно пробирались вперёд. Катя провалилась в снег, вокруг были камни. Идти было опасно. Мы остановились… Лёша пошёл на разведку. Вскоре он нашёл место для ночёвки. На камнях рос стланик. Костёр развели, палатку поставили. Все были мокрые: вода в ботинках, в штанах, мокрые рюкзаки… Переоделись, мокрые вещи сложили в один мешок. Воды не было, растопили снег, но кипятить чай уже не было сил… Уже была глубокая ночь. Вокруг горы, снег, камни, полная луна и, неестественно голубое озеро. Спать, спать, спать…

Северный Байкал
Северный Байкал

Оставить ответ